uaplace

26 Февраль, Понедельник 2018

Утешение историей от Олеся Бузины: Руси веселие есть пити

E-mail Печать PDF

Тема выпивки появилась в нашей истории уже на первых страницах "Повести временных лет". И с тех пор не просыхает на листах книг и протоколов

"Руси веселие есть пити" — эта фраза князя Владимира из летописи стала крылатой. Ее помнят даже те, кто вообще ничего не читал, кроме этикеток на бутылках. Так и вижу, как это было. Князь Владимир слушает скучные прения муллы, раввина и попа о вере, начинает засыпать от обещаний посмертных райских удовольствий, и вдруг его осеняет внезапное озарение. Князь берет в руку кубок. Хлобысь! Бодрый звук булькающей жидкости в глотке, как в водостоке. Смачное кряканье. Хорошо! Никакого рая не надо. Тем более что рай нельзя повторить, а чарочку можно.
Но что пили наши предки во времена Владимира? Вот вопрос важнее гамлетовского! Как известно, самый знаменитый русский напиток — водка. По-украински — горилка. Но скажу вам сразу: водка — это не русское изобретение. И не украинское. И, возможно, князь Владимир просто разорвал бы на части того, кто впервые завезет это адское изобретение на Русь. Ведь последствия водочного алкоголизма ужасны. Ничего в них веселого нет. Кто видел пьяную женщину с синим лицом (а кто ее не видел в наших краях?) или не менее часто встречающегося синюшного мужика, вряд ли станет спорить со мной.
Но водочный алкоголизм возник сравнительно недавно, только когда появился избыток ржаного и пшеничного зерна — сырья для производства как хлеба, так и водки. Еще 100 лет назад наш пращур стоял перед выбором: есть или пить? На то и на другое одновременно у него просто не хватало средств.
И хотя корчма была обычным явлением в каждом украинском селе (она располагалась прямо на въезде в него), но на постоянное пьянство просто не хватало денег. Многодетная семья и высокие темпы тогдашней рождаемости доказывают, что украинцы пили не так уж много. Алкоголик был исключением, а не правилом. А нынешних бомжей, слоняющихся с бутылкой по улицам Киева, в старом селе просто невозможно было представить.
Но если быть точным, то первым славянским словом, подаренным мировой цивилизации, было название хмельного напитка. Не "спутник". И не "матрешка". А "мед" — "медос", как записал его по латыни византийский дипломат Приск Панийский. Приск отправился в середине V века послом к знаменитому гунну Атилле. По дороге он встретил симпатичных туземцев. Туземцы покатали его на лодке-долбленке, предложили красивых женщин "для соития" и угостили чудным хмельным пойлом. От соития осторожный византиец отказался, а название напитка запомнил навсегда. И даже передал его потомкам.
Мед — традиционный слабоалкогольный напиток древних славян. Приготавливали его из меда диких пчел путем естественного брожения в деревянной кадке. Для ускорения брожения и увеличения объема пойла в мед добавляли ягодный сок малины или брусники. Готовый продукт получался лет эдак через десять-пятнадцать выдержки. Полученный таким путем мед назывался ставленым. Сами понимаете, что при такой технологии (сахар появится в наших краях аж в XVIII веке, а перегонный куб — прообраз самогонного аппарата — где-то в конце XV-го!) много не выпьешь и голову не отяжелишь.
Пока славян было мало, меда для ритуального зимнего пьянства хватало на всех. Но для меда нужны пчелы. А славяне плодились куда быстрее, чем бедные пчелы, у которых они отбирали мед. И тут кто-то принес с юга весть, что греки и римляне давно уже охмеляются виноградным вином. Банды славянских богатырей тут же ринулись на завоевание стратегически важных объектов — винных погребов цивилизованных стран. Балканский полуостров упал им в лапы, как перезревшая гроздь. Все вплоть до Альп затопила жаждущая пития славянская рать. Это был наш славянский вклад в эпоху Великого переселения народов.
Это событие, случившееся в VI веке нашей эры, следует считать эпохальным. Древние славяне впервые разделились на разные группы. Причем основой их разделения стало отношение к спиртным напиткам. Из единого этнического массива выделилась группы южнославянских народов. От собратьев, оставшихся на севере, их отличает важный философский элемент мировоззрения — всем прочим спиртным напиткам южные славяне предпочитают сухое виноградное вино.
То, что именно вино интересовало славян на юге, доказывает поход папы князя Владимира — киевского князя Святослава в Болгарию 400 лет спустя. На новом историческом витке он попытался повторить подвиг пращуров и перенести свою столицу Руси поближе к источникам хмельного веселья. "Не любо мне сидеть в Киеве, — сказал Святослав, — хочу жить на Дунае. Там середина земли моей. Туда стекаются все блага. Из Руси — мед, а из Греческой земли — вина".
Зато после оттока эмигрантов на юг в северных лесах наступило временное равновесие. Сокращение народонаселения помогло восстановиться пчелам. Меда снова стало хватать на всех. Гульба пошла пуще прежнего. "Русы пьют днем и ночью, — упоминал арабский путешественник Ибн Фадлан, — а иногда даже умирают с кубками в руках".
В это же время в технологии приготовления меда произошло важное усовершенствование. Пращуры заметили: если пчелиный мед, смешанный с ягодным соком, подогреть на огне, процесс брожения пойдет быстрее. Ждать 10 лет уже не надо. Варить мед нужно быстро, как пиво, и тут же употреблять.
Как утверждает "Повесть временных лет", князь Владимир, отразив в городе Василеве нашествие печенегов, приказал сварить 300 перевар пива: "Собрал он своих бояр и посадников и старейшин со всех городов. И праздновал князь Владимир тут восемь дней и вернулся в Киев. И тут снова праздник справлял, созвав неисчислимое множество народу". Отзвуком этого Золотого века навсегда осталось слово "пир", которое произошло от "пити".
То, что в таких условиях мы должны были превратиться в христиан, было предопределено свыше. Расспрашивая мусульман об их вере, Владимир, по словам летописи, долго и с удовольствием слушал о рае, где каждого будут ублажать 70 прекрасных дев — "ибо сам любил многоблудие". Но как только дело дошло до запрета пить, тут же изрек то самое, хрестоматийное: "Руси есть веселие пити — не можем без сего быти". И тут же принял христианство.
Уже в княжеские времена установилась иерархия спиртных напитков. Простой народ пил пиво — сваренный из зерна слабоалкогольный напиток. Верхушка общества предпочитала ставленые выдержанные меды. Верхом же изыска считалось заморское вино. Его привозили из далекой Греции. Пиры князя Владимира остались в памяти, потому что для Руси это было время побед. Золотой век. Мед и вино буквально текли рекой.
Почему сами вино не делали? А не было у них такой возможности. На территории Киевской Руси виноград не рос. Ведь южная граница пролегала всего на 100 километров южнее Киева — по речке Рось. Крым контролировали византийцы. Одесскую, Херсонскую, Николаевскую, Запорожскую и Донецкую области населяли кочевники — печенеги и половцы. А большую часть Руси вообще занимали земли Великого Новгорода — очень северные края. Где тут брать сырье для вина? Первое собственно русское вино появилось только в XIX веке, когда на Дону завели виноградники и стали производить знаменитое цимлянское вино, а князь Голицын заложил основы крымского виноделия. Но для этого было нужно, чтобы Екатерина Вторая завоевала южные степи и Крым.
Так что не напрасно восстановили в Одессе памятник Екатерине Второй. Благодаря этой великой женщине и ее не менее славным "екатерининским орлам" — Потемкину и Суворову, наш народ получил возможность пить благородное вино — сухое. Вклад в это дело запорожских казаков, воевавших в составе армии императрицы с турками, тоже, естественно, не следует забывать. У победы ведь много отцов, в отличие от поражения.
А где-то посредине между этими двумя величайшими взлетами Православной цивилизации — между Владимиром Святым и Екатериной Великой — произошло величайшее падение Руси. Какие-то сволочи завезли в наши края водку. И убедили нас, что это наш национальный напиток.
Как ни странно, первыми спирт изобрели арабы. То есть те самые мусульмане, которым Коран запрещает пить. Само слово "алкоголь" арабского происхождения. Оно означает "дух" или "дурман". А еще "тончайшая сущность всех вещей". В общем, богатое слово! Арабский врач и алхимик Рабез, работавший в знаменитом Багдадском госпитале, получил из старого вина нечто спиртоподобное еще в 860 году. На Руси тогда правил еще прадедушка Владимира — легендарный князь Хельги. Он же — Олег.
Чтобы получить спирт, Рабезу был нужен перегонный куб. Этот прибор принципиально ничем не отличался от набора юного химика. Его во времена нашего детства продавали в специализированных магазинах, которые тоже назывались "Юный химик".
Вопрос в другом: почему арабы, которые изобрели спирт, его не пили — ни в чистом виде, ни в разбавленном? Табу на употребление крепких спиртных напитков в арабском мире связано с невероятно жарким климатом тех мест, где возник ислам. Действительно, попробуйте выпить пол-литра на солнцепеке в Аравийской пустыне! Сразу окочуритесь!
Поэтому арабские первооткрыватели спирта использовали его только как закрепитель ароматов при производстве духов. Ведь лучшие духи во времена Средневековья производили не в Париже, а в Аравии — на родине пророка Мохаммеда. Выражение "аравийские благовония" знали все тогдашние европейские дамы.
Западные купцы вывезли эту технологию с Востока. А слово "алкоголь" буквально перевели с арабского на латынь. Спирт — он же "spiritus" — тоже означает "дух".
Но вскоре выяснилось, что если в спирт вместо благовоний добавить обычную воду, то этот "дух" можно запустить прямо внутрь себя. Новый напиток содержал страшную энергию. Попав в человека, он действовал, как атомная бомба. Ноги сами пускались в пляс. Языки развязывались. Кровь разгоняла даже жестокий мороз.
А в XV—XVII веках зимой было куда холоднее, чем сегодня. Шел так называемый Малый ледниковый период. В Лондоне замерзала Темза, в Амстердаме — каналы, а на Руси просто зуб на зуб не попадал от холода.
А дальше умные, коммерчески одаренные западные торговые людишки подумали: а почему бы не продавать эту штуку славянам, раз уж они так любят пить? В 1386 году генуэзское посольство завезло спирт в Великое княжество Литовское, под власть которого попала западная часть Киевской Руси. Появление в наших краях "огненной воды" привело к чудовищному падению нравов.
Это в "Тарасе Бульбе" приятно читать, как лежит посреди дороги, раскинув ноги, в шароварах пьяный казак. А представьте, сколько ему нужно было выпить, чтобы так лечь — точнее, ПАСТЬ? И кому ушли его денежки, пропитые до остатка? Конечно же, шинкарю, для описания которого у Гоголя не нашлось таких ярких красок, как для запорожца.
В той части Руси, где образовалось Московское царство, новую разновидность "зеленого змия" быстро взяли под государственный контроль, а иностранных торговцев спиртным выгнали в три шеи. Уже во времена Ивана Грозного там существовали государевы кабаки. Каждый алкоголик не просто пил, а укреплял государственный бюджет, на который обновлялись крепостные стены и возводились каменные палаты.
А по-украински водка недаром называется "горілка". То есть "огненная вода". Кстати, по-польски "горілка" — "горзалка". Эта часть Руси подпала под власть Польши. И водка тут проявила себя куда горячее! Воистину пронеслась "огнем и мечем" по городам и селам. А также — еврейским местечкам.
И было это совсем не весело. Примерно, как сейчас в зоне АТО. В Украине питейные заведения — корчмы — во времена Речи Посполитой принадлежали преимущественно польской шляхте. Это была ее привилегия. Но сами магнаты и шляхтичи не хотели заниматься хлопотной экономической деятельностью, предпочитая ей попойки и охоту. Свои "наливайки" они сдавали в аренду. Большинство этих арендаторов происходили из еврейских общин, переселившихся в Украину из Германии. Это вызвало в Украине чудовищный взрыв алкогольно-национальных противоречий!
Вот что писал по этому поводу известный еврейский историк Дубнов в книге "Краткая история евреев": "В Польше выше всех стоял класс землевладельцев (шляхта), а ниже всех — класс земледельцев-крестьян; между ними евреи занимали среднее место, как торгово-промышленный класс… Евреи часто держали в аренде шляхетские поместья и, таким образом, приобретали ту власть над крестьянами, которую имели паны. Сталкиваясь чаще с арендатором-евреем, чем с польским паном, русский крестьянин считал первого главным виновником своих бедствий и стремился отомстить ему. Долго накоплявшееся недовольство привело, наконец, к страшному восстанию казаков и русских крестьян в последний год царствования Владислава IV. Во главе восставших украинцев стоял казацкий сотник из Чигирина Богдан Хмельницкий".


Добавить комментарий