uaplace

20 Август, Понедельник 2018

Дирк Бренгельманн: «Украина является ключевым партнером НАТО»

E-mail Печать PDF

Украина скатилась на периферию интересов Североатлантического альянса? Чикагский саммит НАТО это недвусмысленно продемонстрировал. Несмотря на звучащие декларации, Киев и Брюссель имеют сегодня не так уж много точек соприкосновения.

После того как администрацией Виктора Януковича было принято решение о внеблоковом статусе, сотрудничество происходит преимущественно в военной сфере, противодействии терроризму, в рамках экологической и техногенной безопасности. Еще больше стороны разделяет проводимая украинской властью политика преследования своих политических оппонентов.
Но приезд на следующей неделе в нашу страну помощника генсека НАТО по политическим вопросам и политике безопасности Дирка Бренгельманна свидетельствует: Украина не уходит из поля зрения альянса. Брюссель пытается сохранить контакты с украинской властью, установить с ее представителями доверительные отношения, разъяснить позицию политико-военной организации по ключевым вопросам. А заодно и прояснить позицию Украины. Если таковая, конечно, существует…
В преддверии визита в Украину г-н Бренгельманн в своем интервью для ZN.UA расставил акценты в сотрудничестве НАТО с Украиной.

— В ходе саммита НАТО в Чикаго члены альянса продемонстрировали украинскому президенту Виктору Януковичу свое неприятие событий, происходящих в нашей стране. Как преследование украинской властью своих политических оппонентов влияет на политический и военный диалог НАТО и Украины? И возможно ли в целом сотрудничество с нашей страной, если Киев нарушает права человека и применяет избирательное правосудие?
— Действительно, 28 глав государств и правительств направили четкий и мощный сигнал Украине относительно избирательного применения правосудия и политически мотивированных преследований лидеров оппозиции. Это конкретные проявления системной проблемы, которую необходимо решить в процессе реформ. Поскольку мы проводим регулярные обсуждения с вашей страной этих и подобных вопросов, в частности и в контексте нашей оценки выполнения Украиной Годовой национальной программы, то я не думаю, что это стало неожиданностью. Более того, в Декларации Чикагского саммита обращается особое внимание на стратегический и долгосрочный характер отношений НАТО—Украина, и, в частности, отмечается, что в этом году исполняется пятнадцать лет Хартии об особом партнерстве между Североатлантическим альянсом и Украиной.
Но факт остается фактом: особая обеспокоенность относительно демократического развития и верховенства права усложняет возможность нашего партнерства раскрыться в полной мере. НАТО и Украина сотрудничают по широкому кругу вопросов. Мы учреждаем новый Целевой фонд для утилизации источников радиации. Украина пообещала финансовую помощь Афганистану, она также решила принять участие в совместном с Россией проекте по борьбе с наркотиками, прислав своих инструкторов, и предложила свой военный корабль для участия в операции по противодействию пиратству «Океанский щит». Сотрудничество наших военных тесное, как всегда, и НАТО продолжит оказывать поддержку процессу реформ в Украине. Я думаю, что мы могли бы сделать больше, но наш политический диалог сдерживается нерешенными проблемами с демократией и верховенством права в Украине.

— Принимая во внимание происходящее в Украине, как бы вы оценили выполнение Киевом обязательств по осуществлению демократических, экономических и военных реформ, взятых на себя в рамках Годовой национальной программы сотрудничества с НАТО (ГНП)?

— Я не буду прогнозировать, какую детальную оценку члены альянса дадут этой осенью выполнению Украиной своей ГНП. Что касается демократических реформ, думаю, всем понятно: многое зависит от шагов, которые Украина предпримет для решения проблем с верховенством права, в частности в плане воплощения положений нового Уголовно-процессуального кодекса и проведения парламентских выборов в октябре. В этих вопросах наша оценка совпадает с заключениями Совета Европы и Венецианской комиссии, а также мониторинговой миссии ОБСЕ. Осенние выборы также станут важным испытанием способности власти выполнять трудные решения, которые она должна принять в контексте экономических реформ. Что касается сектора безопасности и обороны, мы ожидаем принятия ряда долгожданных документов по стратегическому планированию как демонстрации серьезности намерений правительства в этой сфере.

— На Чикагском саммите украинская делегация приняла участие только в заседании по Афганистану и не была приглашена на мероприятия, посвященные «специальным партнерам» и государствам, стремящимся к членству. Как же тогда следует определить статус Украины в отношениях с НАТО?
— Украина принимает участие в Международных силах содействия безопасности в Афганистане (МССБ), и вполне естественно, что она приняла участие в заседании МССБ. Более того, я рад отметить, что президент Янукович пообещал сохранить украинское присутствие в Афганистане и после 2014 года. Поскольку Украина объявила внеблоковую политику, было бы нелогично приглашать ее на заседание с партнерами, стремящимися к членству в НАТО.

— Альянс решил не включать Украину в перечень «специальных партнеров». В то же время среди этих тринадцати стран мы видим Японию, Иорданию, Южную Корею, Марокко и Катар. Почему альянс не рассматривает Украину как своего ключевого партнера? Ведь наша страна принимает участие в миссиях НАТО в Косово, Ираке, Афганистане, в операции по борьбе против терроризма «Активные усилия».
— Украина является ключевым партнером НАТО. Существование Комиссии Украина—НАТО (КУН) определяет Украину одной из трех стран, наряду с Россией и Грузией, которые имеют формальные институционализированные отношения с альянсом. Как я уже сказал, эти специальные договоренности между нами были достигнуты 15 лет назад подписанием Хартии об особом партнерстве.
Заседание НАТО плюс тринадцать партнеров на Чикагском саммите не создало нового формата. Эти тринадцать стран в последнее время делали конкретные политические, оперативные и финансовые вклады в операции во главе с Североатлантическим альянсом. Украина просто является одним из ключевых партнеров НАТО, которые не принимали участие именно в этом заседании.

— С учетом результатов Чикагского саммита, что стоит в повестке дня отношений между НАТО и Украиной?

— Принимая во внимание масштаб отношений между нами, Украина занимает ведущее место во всех трех сферах, обсуждавшихся в Чикаго: Афганистан, силы и средства (речь идет о реформе организации на принципах «умной обороны». — Ред.), а также партнерство. Украина пообещала продолжать делать свой важный вклад в безопасность Афганистана и оказывать поддержку в подготовке инструкторов и после 2014 года. Что касается сил и средств, то ваша страна недавно представила членам альянса свой возможный вклад в инициативу «умной обороны» во время заседания Совместной рабочей группы по военной реформе. Позже, осенью, Совместная рабочая группа по экономической безопасности рассмотрит, как лучше всего распорядиться оборонительными ресурсами Украины. Кроме того, осенью этого года украинские инструкторы присоединятся к нам в рамках проекта Совета НАТО—Россия по подготовке специалистов по борьбе с наркотиками для Афганистана, стран Центральной Азии и Пакистана. В конце концов, будущий вклад Украины в операцию «Океанский щит» будет первым таким вкладом страны-партнера, которая не является членом НАТО. И это усилит роль вашей страны как ведущего участника операций во главе с альянсом.

— Рассматривает ли альянс Украину как партнера при создании европейской системы противоракетной обороны? Готов ли Киев принять участие в создании ЕвроПРО?
— Наши главы государств и правительств заявили на Чикагском саммите, что НАТО и далее готово взаимодействовать с третьими странами на индивидуальной основе ради увеличения прозрачности и доверия, а также для усиления эффективности обороны от баллистических ракет.
В альянсе признают, что Украина принадлежит к числу стран, имеющих вполне понятную заинтересованность в будущем развитии противоракетной обороны НАТО. Думаю, ваша страна сейчас вырабатывает свою политику по этому вопросу.
Мы обсуждали данную тему с Украиной в ходе рабочих консультаций в марте 2011 года, где обменялись взглядами на сферы возможного сотрудничества. Это было отмечено на заседании министров иностранных дел КУН в апреле 2011 года. Мы еще не проводили официальных консультаций: они должны согласовываться со всеми членами альянса. Пока рано думать, может ли (и если может, то как) Украина сотрудничать с НАТО в сфере обороны против баллистических ракет.

— В чем состоит помощь НАТО в подготовке Украины к Евро-2012 и каковы механизмы такого сотрудничества? Какой аспект сотрудничества самый важный: операции против террористов, охрана воздушного пространства, реагирование на чрезвычайные ситуации? Происходит ли обмен разведывательной информацией относительно возможной террористической угрозы в связи с Евро-2012?
— Трудно сказать, какой аспект помощи Украине в подготовке к Евро-2012 со стороны НАТО самый важный, поскольку необходимо готовиться ко всем возможным вариантам. Альянс работает с вашей страной непосредственно над охраной воздушного пространства и ведет обмен информацией о возможных террористических угрозах. Более того, ряд стран НАТО предоставляет конкретную помощь на двусторонней основе.
Но все же я бы подчеркнул важность содержательного отчета по вопросам планирования на случай чрезвычайных ситуаций гражданского характера, подготовленного группой специалистов альянса, которые осенью прошлого года посетили ряд объектов в Украине. В этом отчете содержится более пятидесяти рекомендаций по обеспечению безопасности и защищенности игр. В прошлом месяце Организация Североатлантического договора и Украина провели настольные учения с целью подтверждения готовности, и это дало основания полагать, что предварительные рекомендации экспертов НАТО приняты вашей страной во внимание.

— Альянс осуществляет реформы на основе принципа «умной обороны». А что такое «умная оборона»? Как бюджетные сокращения скажутся на отношениях с партнерами, в частности с Украиной?
— На Чикагском саммите альянс разработал надежное и постоянное долгосрочное видение удовлетворения наших потребностей в силах и средствах в свете нынешних бюджетных ограничений — «Силы НАТО-2020». Его цель — обеспечение альянса до 2020 года и в дальнейшем силами и средствами, необходимыми нам для воплощения в жизнь стратегической концепции и выполнения ее главных задач коллективной обороны, урегулирования кризисов и обеспечения безопасности через сотрудничество.
«Умная оборона» является средством достижения этой цели. Указанная инициатива — олицетворение обновленной культуры сотрудничества в ходе разработки и обеспечения необходимых сил и средств путем более разумного расходования денег в аскетической финансовой среде. Цель заключается в достижении значительной экономии, что позволит многим членам альянса развивать и покупать такие силы и средства, которые они не смогли бы получить поодиночке.
В практическом смысле «умная оборона» сосредоточена на многонациональных проектах, которые группа стран-членов берется выполнить во главе с ведущей страной. В принципе, соответствующая ведущая страна решает включать других потенциальных или желающих участников в проекты, в частности и партнеров. Ряд партнеров уже участвуют в заинтересовавших их проектах. НАТО будет помогать координировать усилия членов альянса, направленные на достижение баланса сил и средств среди всех стран.
Вдобавок к «умной обороне» Инициатива объединенных вооруженных сил обеспечит нашим вооруженным силам способность эффективно действовать вместе, а также с нашими партнерами после того, как замедлится наш оперативный темп, в частности после вывода войск альянса из Афганистана в 2014 году. Члены альянса и партнеры действуют бок о бок в течение многих лет в многочисленных операциях, и мы не должны потерять навыки, приобретенные совместно в ходе этих операций.
Видение и цель «Силы НАТО-2020», а также инициативы, которые лежат в их основе, нацелены на решение вопросов, интересующих и Украину, и альянс. Они предлагают новые возможности для продолжения нашего конструктивного партнерства.

— Как избрание Владимира Путина российским президентом повлияло на сотрудничество между НАТО и Россией? Как функционирует Совет НАТО—Россия при новом главе государства?

— Отношения между НАТО и Россией — долгосрочные, и мы намерены продолжать развивать по-настоящему стратегическое партнерство согласно обещанию, данному в Лиссабоне. По этой причине, думаю, они не будут меняться в зависимости от смены руководства в России или в НАТО. Вместе с тем президент Путин является одним из отцов-основателей СНР, и большая часть сотрудничества, осуществлявшегося в рамках этого совета за последние десять лет, приходится на время его президентства. Поэтому я ожидаю, что наши отношения с Россией будут плодотворными, продвигаясь вперед на основе ключевых интересов в сфере безопасности, которые мы разделяем.
НАТО и Россия сейчас вместе работают над преодолением многих вызовов нашей общей безопасности, и это сотрудничество дает реальные плоды. Среди наших нынешних приоритетов — амбициозные проекты относительно Афганистана, по борьбе с наркотиками, против терроризма и пиратства, а также поисково-спасательные работы в море. Можно сделать еще больше, и мы продолжим работать с Россией во главе с президентом Путиным в направлении использования всего потенциала СНР. В том числе работая над поиском общих подходов к тем вопросам, на которые у нас разные взгляды.

— Как развивается сотрудничество с Грузией?
— Грузия имеет особые отношения с НАТО. Сейчас она — вторая по вкладу в МССБ страна — не член НАТО, но планирует еще увеличить свой взнос к концу нынешнего года. Тогда Грузия станет самой большой по взносу в МССБ страной — не членом альянса. Члены НАТО надлежащим образом признали и оценили усилия, прилагаемые этой страной, принимающей такое заметное участие в нашей операции в Афганистане.
Но Грузия также важна как партнер, желающий вступить в нашу организацию. Главы государств и правительств НАТО подтвердили в Чикаго, что Грузия станет членом альянса. Они приветствовали ее достижения после Бухарестского саммита в удовлетворении своих евроатлантических стремлений через реформы, выполнение Годовой национальной программы и активное политическое взаимодействие с альянсом в Комиссии НАТО—Грузия (КНГ).
Рамки КНГ и ГНП — главные инструменты, с помощью которых мы можем поддержать Грузию в ее реформах. Недавно мы совместно согласовали пакет конкретных и прагматических мер по усилению наших связей. Эти меры поддерживают проведение главных реформ в этой стране. Они помогают укрепить институциональную способность страны к евроатлантической интеграции и усиливают оперативную совместимость Грузии с альянсом.
Конечно, члены альянса снова подтвердили в Чикаго свою непоколебимую преданность территориальной целостности и суверенитету Грузии в пределах ее международно признанных границ. НАТО не признает регионы Грузии Абхазию и Южную Осетию независимыми государствами. В подтверждение своей принципиальной позиции по этому вопросу, а также по поводу так называемых президентских выборов в этих двух регионах главы государств и правительств стран альянса и генеральный секретарь организации сделали соответствующие заявления. В том числе и на Чикагском саммите.

— Что может повлиять на планы альянса вывести свои войска из Афганистана к концу 2014 года? Рассматривает ли НАТО ОДКБ как партнера, в том числе и по обеспечению стабильности в Афганистане?

— Мы движемся к завершению перехода ответственности за безопасность к концу 2014 года. Каждый день афганские войска и полиция приобретают умение и уверенность. Уже три четверти афганского населения живет в районах, где их собственные силы безопасности взяли на себя ведущую роль в обеспечении их безопасности. Мы ожидаем, что на протяжении 2013 года афганские силы будут возглавлять боевые операции по всей стране. С выходом афганских войск на передний план наши собственные силы будут выполнять вспомогательную роль. Это позволит нам постепенно и ответственно вывести наши войска.
Завершение миссии МССБ в конце 2014 года не будет означать конца поддержки. Правительство Афганистана призвало НАТО поддержать афганские силы безопасности после 2014 года. И мы готовы возглавить новую тренировочную, совещательную и вспомогательную миссию.
НАТО поддерживает тесные отношения с отдельными членами ОДКБ. Более того, через совет НАТО—Россия мы участвуем в очень важном проекте подготовки специалистов по борьбе с наркотиками, который помогает странам Центральной Азии, Афганистану и Пакистану.
Я рад отметить, что Украина недавно также сделала важный взнос в этот проект, прислав двух высококвалифицированных инструкторов по борьбе с наркотиками из Академии СБУ.

Добавить комментарий