uaplace

29 Сентябрь, Вторник 2020

Для ареста Тимошенко власть провела целую спецоперацию

Старушки плакали так, будто провожали на войну детей. Деды плевали беззубыми ртами в глаза «Беркуту». Толпа напирала, пытаясь прорваться во двор Печерского суда, откуда через несколько минут должны были вывезти Юлию Тимошенко. Все хотели увидеть арестованную.


Точнее хотели не дать ее вывезти из суда. Толпе людей противостояли сотни спецназовцев. На другой стороне Крещатика у магазина столпились граждане. Часть Крещатика была перекрыта демонстрантами. Киев ненавидел «правосудие» Януковича.
Это было через сорок минут после того, как «Беркут» вывел Юлию Тимошенко из зала суда.

Признаки ареста были написаны у Киреева на лице
На то, что ее сегодня арестуют по-настоящему, указывали некоторые косвенные признаки. Во-первых, прокурор Фролова заявила ходатайство об изменении меры пресечения, внезапно прервав выступление свидетеля - самого Николая Азарова. Внезапно, будто получив команду, перебила вип-допрос, а ходатайство заявила уверенным и почти радостным тоном. То есть прокурорша, заявляя ходатайство об аресте Тимошенко, была уверена, что на этот раз - это не какое-то там тысяча первое китайское предупреждение.
Наводил на мысли и благой тон и насмешливый вид судьи Киреева. Хотя причин для радостей у него было мало. Ему явно нечем было хвастаться. Словесные бои между подсудимой и обвинением (или свидетелями) выглядели, как коррида, где роль загнанных быков играли судья и обвинение. Киреев на протяжении более чем пятнадцати заседаний был абсолютно не в состоянии прекратить допросы, которые фактически проводила Тимошенко. Ни один из министров квоты Ющенко тимошенковского правительства не дал прямых показаний о «подделке директив Кабмина», а это ставило под сомнение и превышение ею полномочий. Часть обвинения, где речь шла о причинении ущерба, опиралась на какую-то промежуточную справку, о которой рассказывали второстепенные клерки Минэкономики и Минфина.

Свидетели мало что добавили
Вчера заседание длилось до двадцати часов. Сегодняшнее - обещало завершиться вовремя. Перед заседанием по коридору ходил министр юстиции в правительстве Тимошенко Онищук с журналом «Форбс» под мышкой. В зале вице-спикер парламента Николай Томенко показывал коллегам раритетную книгу... После начала заседания адвокат Тимошенко Юрий Сухов напомнил его чести Кирееву о сорокачасовой рабочей неделе. Тот сказал, что не мог прекратить допрос свидетеля, но пообещал что суд будет работать в установленном законом порядке.
Вошел экс-министр чрезвычайных ситуаций Владимир Шандра.
Он и Онищук - двое последних министров, которые не были людьми Тимошенко в ее правительстве. Фактически это была последняя попытка прокуроров выжать показания о том, что 19 января 2009 года на обсуждение Кабмина выносились директивы правительства для «Нафтогаза Украины». Вопрос об этом в той или другой форме прокуроры задавали несколько раз. Впрочем, Шандра ответил, что в целом подтверждает свои показания, данные на стадии досудебного следствия, и уточнил, что материалы на том заседании раздавались министрам, однако они не подлежали утверждению. Шандра повторял, что директивы не были официально завизированы, там не было печати.
- Кто обычно докладывает такие вопросы на заседании Кабинета? - спрашивало обвинение.
- Профильный министр, - сказал Владимир Николаевич, - а в этот раз не было ни премьер-министра, ни профильного министра. Поэтому я не до конца понимал, для чего было внеочередное заседание.
Шандра в своем выступлении не сделал ничего, что бы помогло прокурорам доказать линию «сфабрикованных директив».

ВИП-допрос Азарова

Следующим пришел свидетель премьер-министр Николай Азаров. Его допрос длился более двух часов. И у меня порой создавалось впечатление, что Николая Яновича вывезут отсюда на «скорой». Этот допрос был значительно тяжелее, чем монологи на эфирах «Интера». Его паузы на вопросы Тимошенко порой затягивались до неприличия. Он начал рассказ о том, что газовые контракты были плохими, что сам премьер-министр Путин на его вопрос, как так вышло, что контракты плохие, - ответил: «Не знаю». В то же время Тимошенко неоднократно спрашивала о роли «РосУкрЭнерго». А ее адвокат каждый раз дополнял, что без истории газового посредника, наделавшего долгов за газ, невозможно изучить историю последних контрактов, тем более что и упомянутый договор уступки тоже связан с долгом РУЭ. О «РосУкрЭнерго» было поставлено полтора десятка вопросов, которые все время пытались снять то судья, то обвинение. На что Тимошенко с иронией попросила суд предупредить, какие вопросы о «РосУкрЭнерго» задавать нельзя. «Вы меня предупредите, тогда я буду знать, что у вас одна группировка».
Скажу честно, в какой-то момент мне даже стало жаль Азарова, потому что уже общеизвестно, что РУЭ заходило на рынок прежде всего как бизнес Путина. Поэтому в этом вопросе Азаров, занимая кресло премьера, был просто статистом. Кроме того, Тимошенко сыпала названиями документов, которые Азарова не мог комментировать. Сначала вспомнила Меморандум Украины и РФ от 2008 года, которым предусматривался постепенный переход на рыночные цены на газ. (Что, собственно, вроде бы и произошло). Потом вспомнила межправительственное соглашение между РФ и Украиной от октября 2001 года (его история имеет очень интересный бек-граунд), которым чисто теоретически можно и сейчас воспользоваться, чтобы смягчить газовые соглашения.
Тимошенко продолжала спрашивать:
- Почему вы не подали в суд на РФ за сверхвысокие цены?
- Это долгая процедура, мы над этим работаем, - выдавил из себя премьер.

Регионал допускает, что Януковича будут судить за Харьковские соглашения
Справа от меня сидел нардеп-«регионал» Владислав Забарский.
- Видите, в первый раз в истории Украины судят премьер, а действующий премьер допрашивается как свидетель, - сказал он.
- То есть вы считаете, что создав такой прецедент, в будущем смогут судить тех, кто подписывал Харьковские соглашения? - переспросила я «регионала».
- Да.
- Скажите, а будут судить только Януковича или и тех, кто голосовал за их ратификацию, как вы? - опять переспросила я Забарского.
- Депутат не несет ответственность за голосование.
- Когда это будет рассматриваться судом, вы, наверно, уже не будете депутатом, - возразила я.
- Депутат не несет ответственность за прошлые голосования. Подписание и ратификация - разные плоскости.
- Так Янукович один так попал? - поинтересовалась я.
- Я не вижу оснований для иска вообще, - ответил он.

Бойко к Тимошенко не допустили
В это время в зал зашел министр топлива и энергетики Юрий Бойко.
- Ой, кто пришел - мистер «РосУкрЭнерго», - послышалось из задних рядов.
Судья попросил его выйти до конца допроса свидетеля Азарова...
Я мысленно не могла поверить, что допустят допрос такого свидетеля, как министр топлива и энергетики Юрий Бойко. Исследования в сфере энергетической безопасности демонстрируют документы, в соответствии с которыми он, будучи еще замминистра, ставил свои подписи под учредительными документами "РосУкр Энерго". То есть допрос свидетеля превратился бы в очередное разоблачение со стороны Тимошенко...
И в самом деле - после Азарова объявили продолжительный перерыв, чтобы рассмотреть ходатайство прокуратуры о взятии Тимошенко под стражу.
- СБУ поймало восемь таможенников - это тоже репрессии, - прервал мои размышления Забарский.
- Ну что вы, обычная борьба с коррупцией. Черновецкого нашли, с китайской гречихой по двадцать гривен разобрались, теперь время за таможенников браться, - ответила я.
- А если судья вынесет оправдательный приговор?
- Я буду аплодировать Януковичу. Он окажется способным избежать наибольшего искушения в своей жизни. И покажет, что он никого не боится.
- А почему Януковичу?
- А что, аплодировать Кирееву и Портнову?

"Спецоперация"

Тут зашел судья. Начал читать постановление суда. Тишина не была напряженной. Все привыкли, что Тимошенко не будут арестовывать. Все верили, что победит здравый смысл. Потому слова «изменить меру пресечения на взятие под стражу» прозвучали как из другой реальности. В зал вошел «Беркут». Десятки беркутовцев. Нардепы встали на стулья и начали скандировать «ганьба».
Тимошенко улыбнулась и прижала руки к груди. Она попросила не выводить ее в наручниках. К ней пытался прорваться Власенко, его не пропустили. Ее вывели, окружив плотным кольцом, и здесь депутаты, напирая на «Беркут», повалили из зала. Выходы в центральный двор Печерского суда были заблокированы. Можно было выйти лишь во внутренний.
Решения нардепов рождались мгновенно. Не дать вывезти Тимошенко из суда. Я наконец поняла, для чего Кирееву понадобилось полтора часа перерыва. Они готовились к аресту, пригнали в Печерский суд два автозака. Одним должны были вывозить лидера оппозиции. Другой - для дезориентации нардепов. Нардепы собирались то возле одного, то возле второго. У Печерского суда два входа-выхода. Один - центральный, другой - через арку внутреннего двора. Вывезти подсудимую могли и так, и так. Толпа, узнав об аресте, начал штурм второго входа. Люди ничего не боялись. Они хотели остановить машину. Тем временем во дворе центрального входа «Беркут» в касках и с оружием окружил второй автозак. Если бы не оружие, те автозак вынесли бы сторонники Тимошенко.
Все произошло минут за сорок. Им пришлось мобилизовать около тысячи бойцов, чтобы вывезти Тимошенко. Движение было перекрыто. Машины, стоявшие возле Печерского суда, сигналили, как во времена Оранжевой революции.
- Что вы там пишете? Какая польза от того, что вы пишете? - плакали, глядя на меня, пожилые женщины. Кажется, стоявшие под судом переживали личное горе и теряли надежду.
Я вернулась во двор Печерского суда, нардепы из БЮТ собирались на совещание. Потом прошла во внутренний двор - и дальше через второй вход. Тот, который недавно пытались штурмовать сторонники Тимошенко. Над аркой, ведущей во внутренний двор Печерского суда, почти перед вторым «декоративным» автозаком висит рекламка небольшой местной кафешки: «Почувствуй себя украинцем».

 

Добавить комментарий